Пушкин

Дм. Мережковский Льва Толстого рассматривает как "язычника темного, варварского", "сына древнего хаоса", "слепого титана", "языческой любви к телесной жизни и наслаждений", "языческого страха телесной боли и смерти", противопоставляя ему А. Пушкина как "язычника светлого, героического типа", как "вечное стремление человеческой личности к безграничному развитию, усовершенствованию, обожению своего "я" (правда, достигая этого состояния воевольно, по собственному хотению), как борьбу Иакова с Иеговой, Прометея с олимпийцами, Аримана с Ормуздом [Мережковский Дм. Пушкин // Пушкин в русской философской критике: Конец ХІХ - первая половина ХХ вв. / Сост., вступ. ст. , библиограф. Р.А. Гальцевой. - М.: Книга, 1990. - С.125-126, 137, 146, 155-157]. Об этом же говорит и Л. Шестов, противопоставляя Пушкина как "посвященного", носителя знания о том, что с уходом из мира "тайны" человечество становится "ничтожным из ничтожных", впротивовес "обыкновенным детям мира", этой тайны не желающих познать [Шестов Л. Афины и Иерусалим. - М.: Фолио, 2001. - С.337], а А.Ильин указывал на то, что Пушкин, этот для русской души "таинственный певец", был дан для того, чтобы создать "солнечный центр" в истории России, обратить её к "кристальным глубинам (sic! - О.Г.) солнечных пространств" [Ильин А.И. О России.- М.: Студия "ТРИТЭ" Никиты Михалкова "Российский Архив", 1995 - С. 21-22].

А вот Александр Елисеев - против Пушкина :))
http://a-eliseev.livejournal.com/590880.html